Камни в тумане | Stones in fog


Камни в тумане | Stones in fog
Тех.: Canon EOS 7D, EF 17-40 mm f/4L USM, ISO 100, f/14, 30"; фильтр Hoya ND 400x, штатив, пульт

Ещё одна поездка в Лебяжье — ещё один удивительный день. Лебеди куда-то исчезли. То есть плавала одна пара, но они большей частью находились попой к верху, кормясь на илистом дне. Потом послышались протяжные пароходные гудки, будто взывающие к помощи. И пришёл туман. Заволок берег, небо, залив, всё. Льдины уходят в никуда, берег тоже не виден. Лёд в последние дни активно таял, поэтому и там никакой стабильности — всё зыбко...
Читать далее «Камни в тумане | Stones in fog»

Путешествие вне времени


Ладожское озеро, мыс Куркиниеми

Над Исо-Койрасари прекратился дождь, вскоре показалось солнце. Волны, приходящие с открытой Ладоги, разбивались о прибрежные скалы как будто веселее, постепенно теплело, и от травы начал подниматься пар. Мы вышли на самое высокое место, чтобы посмотреть на Куркиниеми, и разглядели вдали белый маяк, но он совсем быстро исчез, а за ним и гранитный мыс, на котором он стоит. Потом стали пропадать в густом тумане и соседние острова, и даже деревья в ста метрах от нас.

Мы сели в лодку, привязанную с западной стороны острова, и отправились собирать лагерь, потому что к вечеру хотели перебраться на новое место. После нашего позднего обеда воздух стал чуть прозрачнее, мы решили двинуться дальше, всё-таки на Куркиниеми я уже был два года назад, и на навигаторе остался записанный трек.


Путешествие вне времени: ТакионлуодотИсо-КойрасариКуркиниеми.
Тех.: Canon EOS 40D, EF-S 10-22 mm f/3.5-4.5 USM, фильтр Cokin P121M, штатив, пульт.

Путешествие на лодке в густой туман – это совершенно необычное ощущение пространства. Настолько минималистичным пейзаж я ещё никогда не видел. Кроме лодки есть только две вещи – водная гладь, уходящая в никуда, и воздух, непрозрачный, плотный, уходящий в неизвестность. Где наступает "нигде", тоже не понятно, может быть, это сто метров, а может, пятьдесят. Нет, вряд ли сто метров – мы проходили мимо того же Исо-Койрасари очень близко, чтобы вообще видеть, что мы идём вдоль острова.
Читать дальше...

Беломорский берег

Берега Беломорских островов. Конечно, это всё камень. Гранит. И водоросли. Фукусы по берегу, аскофиллюм поглубже. И ещё немного гальки, совсем чуть-чуть.


Чёрная скала на закате


Бухта Юшковская, три часа ночи


Фукусы в бухте


Каменистый берег ночью


Выброшенные на берег и выветренные водоросли


Граниты на берегу острова Седловатая Луда


Остров Средний, дождь

White Sea Shore

Seashore of theese islands. That's all the stone of course. It's Granite. And algae. Fucus grows just at shore, Ascophyllum is found deeper. And there are pebbles, but just a few.

Белое море, 2006

Здесь и далее: фотографии в тексте кликабельные, по щелчку можно открыть версию покрупнее.

Посёлок Чупа известен всем, кто учился или работал на биофаке СПбГУ, так что его описывать подробно не стану, отмечу, что это место, где в губу Чупа Кандалакшского залива впадают несколько речек и ручьёв, Плавежма, Мельничная, Средний. Рядом одноимённая станция железной дороги на Мурманск, где и сходят с поезда туристы, байдарочники и студенты.

Схема расположения островов в губе Чупа.
У самой станции другая, сменившаяся природа ещё не так остро ощущается, как во время езды на поезде через тундру. По-настоящему поражает то, что видишь, оказавшись на берегу у пристани. Только что закончившийся дождь смыл все остатки пыли с дороги и камней, доски и гранит блестят под лучами показавшегося на несколько минут солнца. Берег вдалеке просто заискрился, перечёркнутый тенями проходящих облаков. И небо снова слегка затянуло.

Причал на окраине посёлка, куда приходят суда Профессор Владимир Кузнецов биостанции Академии наук и Профессор Заварзин биостанции СПбГУ.

Почти вся береговая линия прерывается рельсами, по большей части давно проржавевшими, по которым местные жители спускают к воде лодки из эллингов. К воде можно пробраться между сараев или в местах, где камни мешают строительству.

Неповторимый колорит местности придаёт высохшая трава, растущая между камней, низенькие дома и, конечно, столбы и провода. Чёрные просмоленные столбы невозможно воткнуть меж камней, поэтому около каждого столба, где необходимо, сооружена клеть из брёвен, в которую насыпаны валуны, фиксирующие столб. Сверху торчат ослепительно белые изоляторы, и висят, тянутся провода.

Через посёлок проходит ветка железной дороги, упирающаяся в полуразобранный пожарный пирс.

Рельеф местности очень неровный, и уже через сто метров к дороге спускаются с горы потрясающего вида мостки, по которым можно почти без опасения за свою жизнь забраться наверх к церкви, наверное, самому новому зданию посёлка, колокольня рядом ещё недостроена.


Солнце снова скрывается за облаками, только что ослепительно-белый амбар оказывается в тени.

Чайки кружатся над водой, как кажется, в любую погоду, иногда как-то жалобно всхлипывая.

Ещё один из контрастов Чупы - природное и человеческое, чистота воды и хлам, оставленный людьми на берегу.

На островах практически нет людей (ну, кроме самой базы университета), любой, кто попадает туда летом, может проводить вечера и белые ночи у воды, на камнях, где угодно. Над головой почти постоянно проплывают облака. Облака настолько разные, что удивляет даже не то, как они могут находиться при этом в одно время в поле зрения одного человека. Облака двигаются на разных уровнях в разных направлениях! Только тонкий след от самолёта Мурманск-Москва лежит ещё выше, его сдувает почти всегда на запад.

Большой Керетский рейд, губа Юшковская.

У лоцманской скалы.

Большой Керетский рейд.

Две зари, Большой Керетский рейд.

Провожая клочья облаков.

Ранним утром небо чистое, на рейде волна спокойная, можно выйти на лодке и увидеть ослепительное сияние солнца, играющего бликами на ряби, просвечивающего до дна, по поверхности камней под водой в такт колебаниям слоевищ водорослей бегают "зайчики".

"Полярное солнце". Большой Кретский рейд.

Скалы у берегов губы Юшковская.

Два вечера мне везло на совершенно тихую и безветренную погоду. Отражения облаков идеальны, грести легко, лодка скользит по воде, как если бы была пустая.


"Отражённое стремление". На воде одно из судов флотилии биостанции - ССП (средний сетеподъёмник).


Пролив Средняя Салма со стороны деревни Кереть в полночь.

Воду здесь практически нельзя представить без камней, редко где грунт прямо подходит к воде. Самые удивительные скалы можно найти на лудах (луда - остров, не покрытый лесом). Казалось бы, всё сложено из одного и того же гранита, но цвета меняются от красно-бурого до голубоватого, фактуру поверхности вообще сложно описать. Камень подчас такой, будто человек проделывал прорези болгаркой - такие ровные и длинные трещины.

Гранитные скалы на острове Седловатая Луда.

Скалы на острове Средний.

Остров Седловатая Луда.

Очень ярким гранит становится после дождя, шторм выбрасывает на гальку и валуны обрывки водорослей, ветер выветривает поверхность брёвен, выброшенных на берег, до почти белого цвета.

Laminaria и другие водоросли на берегу после шторма.

Отплытие с Седловатой Луды.

На самом острове биологической станции природа почти первозданного вида, когда-то, в советское время, на острове стоял лесозавод, от которого остались лишь бетонные глыбы фундамента, почти скрытые под разнотравьем. На давно не посещавшейся дороге, проложенной десятилетие назад трактором в лесу, на каждом пеньке разрастаются эпифитные лишайники, которые в городе, конечно, не встречаются.

Лаборатория цитологии.

Туристы-байдарочники обходят остров МБС, направляясь к лагерю у острова Виченная Луда.

Церковь в полузаброшенной деревне Кереть.

Такие конструкции используются местными жителями для сушки сетей.

"Самый важный домик" на биологической станции, именно здесь сходятся все провода к трём дизельным генераторам, обеспечивающих работу лабораторий.

Памятник человеку, пропавшему в шторм.

Вид на биостанцию СПбГУ.

Эпиксильный Cladonia sp.

Campanula sp.

Мох кукушкин лён.

Вереск, Calluna vulgaris.